пњљпњљпњљпњљпњљпњљпњљ@Mail.ru

ѕеред лицом смерти

( усочек материала к истории русской революции)

—коль различна психологи€ и быт русского и французского человека.

‘ранцузска€ революци€ оставила нам такой примечательный факт:

ƒобрые, революционно настроенные парижане поймали как-то на улице аббата ћори. ѕон€тно, сейчас же сделали из веревки петлю и потащили аббата к фонарю.

Ц†„то это вы хотите делать, добрые граждане?†Ц с весьма пон€тным любопытством осведомилс€ ћори.

Ц†¬здернем теб€ вместо фонар€ на фонарный столб.

Ц†„то ж вы думаете Ц вам от этого светлее станет?†Ц саркастически спросил остроумный аббат.

“олпа, окружавша€ аббата, состо€ла из чистокровных французов, да еще парижан к тому же.

ќтвет аббата привел всех в такой буйный восторг, что тут же единогласно ему было вотировано сохранение жизни.

Ёто французское.

ј вот русское:

¬ харьковской чрезвычайке, где неистовствовал Ђтоварищї —аенко этот рассказан автору одним, вполне заслуживающим довери€, харьковцем.†Ц ј. ј.], - расстрелы производились каждый день.

ƒелом этим большею частью занималс€ сам —аенкоЕ

Ќакокаинившись и пропь€нствовав целый день, он к вечеру €вл€лс€ в помещение, где содержались арестованные, со списком в руках и, став посередине, вызывал назначенных на сегодн€ к расстрелу.

» все, чьи фамилии он называл, покорно вздыха€, вставали с €щиков, служивших им нарами, и отходили в сторону.

ѕон€тно, что никто не молил, не просил, все прекрасно знали, что легче тронуть заштукатуренный камень капитальной стены, чем сердце —аенки.

» вот однажды, за два дн€ до прихода в ’арьков добровольцев, €вилс€, по обыкновению, —аенко со своим списком за очередными жертвами.

Ц†јкименко!

Ц†«десь.

Ц†ќтходи в сторону.

Ц†¬асюков!

Ц†“ут.

Ц†ќтходи.

Ц†ѕозвольте мне сказатьЕ

Ц†Ќу, вот еще чудакЕ –азговаривает. „то за народ, ей-Ѕогу. ¬озитьс€ мне с тобой еще. —казано отходи Ц и отходи. —тань в сторонку.  ормовой!

Ц†«десь.

Ц†ќтходи. ћолчанов!

Ц†ƒа здесь €.

Ц†¬ижу €. ќтойди. Ќикольский!

ћолчание.

Ц†Ќикольский!!

ћолчание. ѕомолчали все: и ставшие к стенке, и сид€щие на нарах, и сам —аенко.

ј Ќикольский в это врем€, сид€ как раз напротив —аенко, занималс€ тем, что, положив одну разутую ногу в опорке на другую, тщательно вертел в пальцах папиросу-самокрутку.

Ц†Ќикольский!!!

» как раз в этот момент налитые кровью глаза —аенки уставились в упор на Ќикольского.

Ќикольский не спеша провел влажным €зыком по краю папиросной бумажки, оторвал узкую ленточку излишка, сплюнул, так как крошка табаку попала ему на €зык, и только тогда отвечал в€ло, с ленцой, с развальцем:

Ц†„то это вы, товарищ —аенко, по два раза людей хотите расстреливать? Ќеудобно, знаете.

Ц†ј что?

Ц†ƒа ведь Ќикольского вчера расстрел€ли!

Ц†–азве?!

» все оп€ть помолчали: и отведенные в сторону, и сид€щие на нарах.

Ц†ј, ну вас тут,†Ц досадливо проворчал —аенко, вычеркива€ из списка фамилию.†Ц «апутаешьс€ с вами.

Ц†“о-то и оно,†Ц с легкой насмешкой сказал Ќикольский, подмигива€ товарищам,†Ц внимательней надо быть.

Ц†¬от поговори еще у мен€. ѕастухов!

Ц†»ду!

* * *

ј через два дн€ пришли добровольцы и выпустили Ќикольского.

* * *

Ќе знаю, как на чей вкусЕ

ћожет быть, некоторым понравилс€ аббат ћори, а мне больше нравитс€ наш русский Ќикольский.

” аббата-то, может быть, когда он говорил свою остроумную фразу, нижн€€ челюсть на секунду дрогнула и отвисла, а дрогни челюсть у Ќикольского, когда он, гл€д€ —аенке в глаза, дал свою ленивую реплику,†Ц где бы он сейчас был?