пњљпњљпњљпњљпњљпњљпњљ@Mail.ru

яд

»рина —ергеевна –€занцева

я сидел в уборной моей знакомой –€занцевой и смотрел, как она гримировалась. ≈е белые гибкие руки быстро хватали неизвестные мне щеточки, кисточки, лапки, карандаши, прикасались ими к черным прищуренным глазам, от лица порхали к прическе, поправл€ли какуюто ленточку на груди, серьгу в ухе, и мне казалось, что эти руки преданы самому странному и удивительному прокл€тию: всегда быть в движении.

Ђћилые руки,†Ц с умилением подумал €.†Ц ћилые, дорогие мне глаза!ї » неожиданно € сказал вслух:

Ц†»рина —ергеевна, а ведь € вас люблю!

ќна издала слабый крик, всплеснула руками, обернулась ко мне, и через секунду € держал ее в своих крепких объ€ти€х.

Ц†Ќаконец-то!†Ц сказала она, слабо сме€сь.†Ц ¬едь € измучилась вс€, ожида€ этих слов. «ачем ты мен€ мучил?

Ц†ћолчи!†Ц сказал €.

”садил ее на колени и нежно шепнул ей на ухо:

Ц†“ы мне сейчас напомнила, дорога€, ту нежную, хрупкую девушку из пьесы √орданова Ђ’ризантемыї, котора€ Ц помнишь?†Ц тоже так, со слабо сорвавшимс€ криком Ђнаконец-тої бросаетс€ в объ€ти€ помещика Ћаэртова. “ы така€ же нежна€, хрупка€ и так же крикнула своим милым сорвавшимс€ голоскомЕ ќ, как € люблю теб€.

Ќа другой день »рина переехала ко мне, и мы, презира€ светскую условность, стали жить вместе.

∆изнь наша была красива и безоблачна.

—лучались небольшие ссоры, но они возникали по пуст€ковым поводам и скоро гасли за отсутствием горючего материала.

ѕерва€ ссора произошла из-за того, что однажды, когда € целовал »рину, мое внимание привлекло то обсто€тельство, что »рина смотрела в это врем€ в зеркало.

я отодвинул ее от себ€ и, обижа€сь, спросил:

Ц†«ачем ты смотрела в зеркало? –азве в такую минуту об этом думают?

Ц†¬идишь ли,†Ц сконфуженно объ€снила она,†Ц ты немного неудачно обн€л мен€. “ы сейчас обвил руками не талию, а шею. ј мужчины должны обнимать за талию.

Ц† акЕ должен?†Ц изумилс€ €.†Ц –азве есть где-нибудь такое узаконенное правило, чтобы женщин обнимать только за талию? —транно! ≈сли бы мне подвернулась тали€, € обн€л бы талию, а раз подвернулась ше€, согласись самаЕ

Ц†ƒа, такого правила, конечно, нетЕ но как-то странно, когда мужчины обвивают женскую шею.

я обиделс€ и не разговаривал с »риной часа два. ќна перва€ пошла на примирение.

ѕодошла ко мне, обвила своими прекрасными руками мою шею (мужска€ ше€ Ц узаконенный способ) и сказала, целу€ мен€ в усы:

Ц†Ќе дуйс€, глупый! я хочу сделать из теб€ интересного, умного человекаЕ » потомЕ (она застенчиво поежилась) € хотела бы, чтобы ты под моим благотворным вли€нием завоевал бы себе самое высокое положение на поприще славы. я хотела бы быть твоей вдохновительницей, больше того Ц хотела бы сама завоевать дл€ теб€ славу.

ќна скоро ушла в театр, а € призадумалс€: каким образом она могла бы завоевать дл€ мен€ славу? –азве что сама бы вместо мен€ писала рассказы, при условии, чтобы они у нее выходили лучше, чем у мен€.

»ли что она понимала под словом Ђвдохновительницаї? ƒолжен ли € был всех героев своих произведений списывать с нее, или она должна была бы изредка просить мен€: Ђ¬ладимир, напиши-ка рассказ о собаке, котора€ укусила за ногу нашу кухарку. ¬олодечка, не хочешь ли вз€ть темой нашего комика, который совсем спилс€, и антрепренер прогон€ет егої.

» вдруг € неожиданно вспомнил. Ќедавно мне случилось видеть в театре пьесу ЂЅез просветаї, где героин€ целует геро€ в усы и вдохновенно говорит: Ђя хочу, чтобы ты под моим вли€нием завоевал себе самое высокое положение на поприще славы. я хочу быть твоей вдохновительницейї.

Ц†—транно,†Ц сказал € сам себе.

ј во рту у мен€ было такое ощущение, будто бы € раскусил пустой орех.

— этих пор € стал наблюдать »рину. » чем больше наблюдал, тем больший ужас мен€ охватывал.

»рины около мен€ не было. »зредка € видел страдающую ¬ерочку из пьесы Ћимонова Ђ“уманные далиї, изредка около мен€ болезненно, с безумным надрывом веселилс€ трагический тип решившей отравитьс€ куртизанки из драмы ЂЋучше поздно, чем никогдаїЕ ј »рину € и не чувствовал.

ƒарил € браслет »рине, а мен€ за него ласкала гранд-кокет, обвивавша€ мою шею узаконенным гранд-кокетским способом.

¬озвраща€сь поздно домой, €, полный раска€ни€ за опоздание, думал встретить плачущую, обиженную моим равнодушием »рину, но в спальне находил, к своему изумлению, какую-то трагическую героиню, котора€, заломив руки из€щным движением (зеркало-то Ц ха-ха!†Ц висело напротив), говорила тихо, дрожащим, предсмертным голосом:

Ц†я теб€ не обвин€юЕ Ќикогда € не св€зывала, не насиловала свободы любимого мною человекаЕ Ќо € вижу далеко, далекоЕ†Ц ќна устремила отуманенный взор в зеркало и вдруг неожиданно громким шепотом за€вила: Ц Ќет! ЅлижеЕ совсем близко € вижу выход: сладкую, рвущую все цепи, благодетельницу смертьЕ

Ц†«амолчи!†Ц нервно говорил €.†Ц  ашалотов, Ђѕогребенные заживої, второй акт, сцена Ѕазаровского с ќльгой ѕетровной. ¬ерно? ≈ще ты играла ќльгу ѕетровну, а –афаэлов Ц ЅазаровскогоЕ ¬ерно?

ќна болезненно улыбалась.

Ц†“ы хочешь мен€ обидеть? ’орошо. ћучай мен€, унижай, унижай сейчас, но об одном только молю теб€: когда € уйду с тем, кто позовет мен€ по-насто€щему,†Ц сохрани обо мне светлую, весеннюю пам€ть.

Ц†Ќе светлую,†Ц хладнокровно поправил €, стаскива€ с ноги ботинок и расстегива€ жилет,†Ц а Ђлучезарнуюї. Ќеужели ты забыла четвертый акт Ђѕтиц небесныхї, седьмое €вление?

ќна молча, широко открытыми глазами смотрела на мен€, что-то шептала страдальчески губами и, неожиданно со стоном обрушива€сь на постель, за-крывала подушкой голову.

ј из-под подушки виднелс€ блест€щий, красивый глаз, и он был обращен к зеркалу, а рука инстинктивно обдергивала конец оде€ла.

ќднажды, когда € после какой-то размолвки, напившись утреннего чаю, встал и вз€лс€ за пальто, предполага€ прогул€тьс€, она обратила на мен€ глаза, полные слез, и сказала только одно тихое слово:

Ц†”ходишь?

—ердце мое сжалось, и € хотел вернутьс€, чтоб упасть к ее ногам и примиритьс€ (все-таки € любил ее), но тотчас же спохватилс€ и выругал себ€ беспам€тным идиотом и разиней.

Ц†—лушай!†Ц сказал €, укоризненно гл€д€ на нее.†Ц ѕрекратитс€ ли когда-нибудь это безобразие?.. ¬от ты сказала одно лишь слово Ц всего лишь одно маленькое словечко, и это не твое слово, и не ты его говоришь.

Ц†ј кто же его говорит?†Ц испуганно прошептала она, инстинктивно огл€дыва€сь.

Ц†Ёто слово говорит графин€ ƒобровольска€ (Ђ√нилой векї, пьеса јбрашкина из великосветской жизни, в четырех актах, между вторым и третьим проходит полтора года). “а сама€ ƒобровольска€, которую бросает негод€й кн€зь ќбдорский и котора€ бросает ему вслед одно только щем€щее слово: Ђ”ходишь?ї ¬от кто это говорит!

Ц†Ќеужели?†Ц прошептала сбита€ с толку »рина, смотр€ на мен€ во все глаза.

Ц†ƒа конечно же! “ы же сама еще и играешь графиню. Ќу, мила€! Ќу, не сердисьЕ Ѕудем говорить откровенноЕ Ќа сцене,†Ц пойми ты это,†Ц така€ штука, может быть, и хороша, но зачем же такие штуки в нашей жизни? ћила€, будем лучше сами собой. ¬едь € люблю теб€. Ќо € хочу любить »рину, а не какую-то выдуманную јбрашкиным графиню или слезливую ¬ерочку, плод досугов какого-то Ћимонова! я говорю серьезно: будем сами собой!

Ќа глазах ее сто€ли слезы. ќна бросилась мне на шею и, плача, крикнула:

Ц†я люблю теб€! “ы оп€ть вернулс€!

“ак как она в неожиданном порыве обн€ла мен€ под мышками (способ неприн€тый), € многое простил ей за это. ƒаже подозрительные слова: Ђ“ы оп€ть вернулс€ї,†Ц пропустил € мимо ушей.

 огда примирение состо€лось, € с облегченным сердцем уехал по делам и вернулс€ только к обеду.

»рина была неузнаваема.

“еатральность ее пропала. «аслышав мои шаги в передней, она с пронзительным криком: Ђ¬олодька пришел!ї Ц выскочила ко мне, упала передо мной на колени, расхохоталась, а когда €, сме€сь, нагнулс€, чтобы подн€ть ее, то она поцеловала мен€ в тем€ и дернула за ухо (способы ласки диковинные и на сцене мною не замеченные).

ј когда € за обедом спросил ее, не сердитс€ ли она на мен€ за утренний разговор, она бросила в мен€ салфеткой, сделала мне своими очаровательными руками пребольшой нос и, подмигнув, сказала: Ђћолчи, старый, толстый дурачок!ї ’от€ € не был ни старым, ни толстым, но мне это нравилось больше прежнего: Ђќ свет моей жизни! ќ солнце, освещающее мой путь!ї ¬ечером она уехала в театр, а € сел за рассказ. Ќе писалось.

“€нуло к ней, к этому большому, изломанному, но хорошему в некоторых порывах ребенку.

я оделс€ и поехал в театр. Ўла нова€ комеди€, которой € еще не видел. Ќазывалась она Ђ¬оробушекї.

 огда € сел в кресло, шел уже второй акт. Ќа сцене сидела »рина и что-то шила, а когда зазвенел за кулисами звонок и вошел толстый, красивый блондин, она вскочила, засме€лась, шаловливым движением бросилась перед ним на колени, потом поцеловала его в тем€, дернула за ухо и радостно приветствовала:

Ц†«дравствуй, старый, толстый дурачок!

«рители сме€лись. ¬се сме€лись, кроме мен€.

“еперь € счастливый человек.

Ќедавно, сид€ в столовой, € услышал из кухни голос »рины. ќна с кем-то разговаривала. —начала € лениво прислушивалс€, потом прислушивалс€ внимательно, потом встал и прильнул к полуоткрытой двери.

» по щекам моим текли слезы, а на лице было написано блаженство, потому что € видел ее, насто€щую »рину, потому что € слышал голос подлинной, без надоевших театральных вывертов и штучек »рины.

ќна говорила кому-то, очевидно прачке:

Ц†Ёто, по-вашему, панталоны? ƒр€нь это, а не панталоны. –азве так стирают? ј чулки? ќткуда вз€лись, € вас спрашиваю, дырки на п€тках? „то? Ќе умеете Ц не беритесь стирать. я за кружево на сорочках платила по рубль двадцать за аршин, а вы мне ее попортили.

я слушал эти слова, и они казались мне какой-то райской музыкой.

Ц†»рина,†Ц шептал €,†Ц насто€ща€ »рина.

ј впрочемЕ √оспода!  то из вас хорошо знает драматическую литературу? Ќет ли в какой-нибудь пьесе разговора барыни с прачкой?..