пњљпњљпњљпњљпњљпњљпњљ@Mail.ru

Ѕольшой шлем

ќни играли в винт три раза в неделю: по вторникам, четвергам и субботам; воскресенье было очень удобно дл€ игры, но его пришлось оставить на долю вс€ким случайност€м: приходу посторонних, театру, и поэтому оно считалось самым скучным днем в неделе. ¬прочем, летом, на даче, они играли и в воскресенье. –азмещались они так: толстый и гор€чий ћасленников играл с яковом »вановичем, а ≈впракси€ ¬асильевна со своим мрачным братом, ѕрокопием ¬асильевичем. “акое распределение установилось давно, лет шесть тому назад, и насто€ла на нем ≈впракси€ ¬асильевна. ƒело в том, что дл€ нее и ее брата не представл€ло никакого интереса играть отдельно, друг против друга, так как в этом случае выигрыш одного был проигрыш дл€ другой, и в окончательном результате они не выигрывали и не проигрывали. » хот€ в денежном отношении игра была ничтожна€ и ≈впракси€ ¬асильевна и ее брат в деньгах не нуждались, но она не могла пон€ть удовольстви€ игры дл€ игры и радовалась, когда выигрывала. ¬ыигранные деньги она откладывала отдельно, в копилку, и они казались ей гораздо важнее и дороже, чем те крупные кредитки, которые приходилось ей платить за дорогую квартиру и выдавать на хоз€йство. ƒл€ игры собирались у ѕрокопи€ ¬асильевича, так как во всей обширной квартире жили только они вдвоем с сестрой, Ц существовал еще большой белый кот, но он всегда спал на кресле, Ц и в комнатах царила необходима€ дл€ зан€тий тишина. Ѕрат ≈впраксии ¬асильевны был вдов: он потер€л жену на второй год после свадьбы и целых два мес€ца после того провел в лечебнице дл€ душевнобольных; сама она была незамужн€€, хот€ когда-то имела роман со студентом. Ќикто не знал, да и она, кажетс€, позабыла, почему ей не пришлось выйти замуж за своего студента, но каждый год, когда по€вл€лось обычное воззвание о помощи нуждающимс€ студентам, она посылала в комитет аккуратно сложенную сторублевую бумажку Ђот неизвестнойї. ѕо возрасту она была самой молодой из игроков: ей было сорок три года.

¬начале, когда создалось распределение на пары, им особенно был недоволен старший из игроков, ћасленников. ќн возмущалс€, что ему посто€нно придетс€ иметь дело с яковом »вановичем, то есть, другими словами, бросить мечту о большом бескозырном шлеме. » вообще они с партнером совершенно не подходили друг к другу. яков »ванович был маленький, сухонький старичок, зиму и лето ходивший в наваченном сюртуке и брюках, молчаливый и строгий. явл€лс€ он всегда ровно в восемь часов, ни минутой раньше или позже, и сейчас же брал мелок сухими пальцами, на одном из которых свободно ходил большой бриль€нтовый перстень. Ќо самым ужасным дл€ ћасленникова в его партнере было то, что он никогда не играл больше четырех, даже тогда, когда на руках у него имелась больша€ и верна€ игра. ќднажды случилось, что, как начал яков »ванович ходить с двойки, так и отходил до самого туза, вз€в все тринадцать вз€ток. ћасленников с гневом бросил свои карты на стол, а седенький старичок спокойно собрал их и записал за игру, сколько следует при четырех.

Ц Ќо почему же вы не играли большого шлема? Ц вскрикнул Ќиколай ƒмитриевич (так звали ћасленникова).

Ц я никогда не играю больше четырех, Ц сухо ответил старичок и наставительно заметил: Ц Ќикогда нельз€ знать, что может случитьс€.

“ак и не мог убедить его Ќиколай ƒмитриевич. —ам он всегда рисковал и, так как карта ему не шла, посто€нно проигрывал, но не отчаивалс€ и думал, что ему удастс€ отыгратьс€ в следующий раз. ѕостепенно они свыклись со своим положением и не мешали друг другу: Ќиколай ƒмитриевич рисковал, а старик спокойно записывал проигрыш и назначал игру в четырех.

“ак играли они лето и зиму, весну и осень. ƒр€хлый мир покорно нес т€желое €рмо бесконечного существовани€ и то краснел от крови, то обливалс€ слезами, оглаша€ свой путь в пространстве стонами больных, голодных и обиженных. —лабые отголоски этой тревожной и чуждой жизни приносил с собой Ќиколай ƒмитриевич. ќн иногда запаздывал и входил в то врем€, когда все уже сидели за разложенным столом и карты розовым веером выдел€лись на его зеленой поверхности.

Ќиколай ƒмитриевич, краснощекий, пахнущий свежим воздухом, поспешно занимал свое место против якова »вановича, извин€лс€ и говорил:

Ц  ак много гул€ющих на бульваре. “ак и идут, так и идутЕ

≈впракси€ ¬асильевна считала себ€ об€занной, как хоз€йка, не замечать странностей своих гостей. ѕоэтому она отвечала одна, в то врем€ как старичок молча и строго приготовл€л мелок, а брат ее распор€жалс€ насчет чаю.

Ц ƒа, веро€тно, Ц погода хороша€. Ќо не начать ли нам?

» они начинали. ¬ысока€ комната, уничтожавша€ звук своей м€гкой мебелью и портьерами, становилась совсем глухой. √орнична€ неслышно двигалась по пушистому ковру, разнос€ стаканы с крепким чаем, и только шуршали ее накрахмаленные юбки, скрипел мелок и вздыхал Ќиколай ƒмитриевич, поставивший большой ремиз. ƒл€ него наливалс€ жиденький чай и ставилс€ особый столик, так как он любил пить с блюдца и непременно с т€нучками.

«имой Ќиколай ƒмитриевич сообщал, что днем морозу было дес€ть градусов, а теперь уже дошло до двадцати, а летом говорил:

Ц —ейчас цела€ компани€ в лес пошла. — корзинками.

≈впракси€ ¬асильевна вежливо смотрела на небо Ц летом они играли на террасе Ц и, хот€ небо было чистое и верхушки сосен золотели, замечала:

Ц Ќе было бы дожд€.

ј старичок яков »ванович строго раскладывал карты и, вынима€ червонную двойку, думал, что Ќиколай ƒмитриевич легкомысленный и неисправимый человек. ќдно врем€ ћасленников сильно обеспокоил своих партнеров.  аждый раз, приход€, он начинал говорить одну или две фразы о ƒрейфусе. ƒела€ печальную физиономию, он сообщал:

Ц ј плохи дела нашего ƒрейфуса.

»ли, наоборот, сме€лс€ и радостно говорил, что несправедливый приговор, веро€тно, будет отменен. ѕотом он стал приносить газеты и прочитывал из них некоторые места все о том же ƒрейфусе.

Ц „итали уже, Ц сухо говорил яков »ванович, но партнер не слушал его и прочитывал, что казалось ему интересным и важным. ќднажды он таким образом довел остальных до спора и чуть ли не до ссоры, так как ≈впракси€ ¬асильевна не хотела признавать законного пор€дка судопроизводства и требовала, чтобы ƒрейфуса освободили немедленно, а яков »ванович и ее брат настаивали на том, что сперва необходимо соблюсти некоторые формальности и потом уже освободить. ѕервым опомнилс€ яков »ванович и сказал, указыва€ на стол:

Ц Ќо не пора ли?

» они сели играть, и потом, сколько ни говорил Ќиколай ƒмитриевич о ƒрейфусе, ему отвечали молчанием.

“ак играли они лето и зиму, весну и осень. »ногда случались событи€, но больше смешного характера. Ќа брата ≈впраксии ¬асильевны временами как будто что-то находило, он не помнил, что говорили о своих картах партнеры, и при верных п€ти оставалс€ без одной. “огда Ќиколай ƒмитриевич громко сме€лс€ и преувеличивал значение проигрыша, а старичок улыбалс€ и говорил:

Ц »грали бы четыре Ц и были бы при своих.

ќсобенное волнение про€вл€лось у всех игроков, когда назначала большую игру ≈впракси€ ¬асильевна. ќна краснела, тер€лась, не зна€, какую класть ей карту, и с мольбою смотрела на молчаливого брата, а другие двое партнеров с рыцарским сочувствием к ее женственности и беспомощности ободр€ли ее снисходительными улыбками и терпеливо ожидали. ¬ общем, однако, к игре относились серьезно и вдумчиво.  арты давно уже потер€ли в их глазах значение бездушной материи, и кажда€ масть, а в масти кажда€ карта в отдельности, была строго индивидуальна и жила своей обособленной жизнью. ћасти были любимые и нелюбимые, счастливые и несчастливые.  арты комбинировались бесконечно разнообразно, и разнообразие это не поддавалось ни анализу, ни правилам, но было в то же врем€ закономерно. » в закономерности этой заключалась жизнь карт, особа€ от жизни игравших в них людей. Ћюди хотели и добивались от них своего, а карты делали свое, как будто они имели свою волю, свои вкусы, симпатии и капризы. „ерви особенно часто приходили к якову »вановичу, а у ≈впраксии ¬асильевны руки посто€нно полны бывали пик, хот€ она их очень не любила. —лучалось, что карты капризничали, и яков »ванович не знал, куда деватьс€ от пик, а ≈впракси€ ¬асильевна радовалась черв€м, назначала большие игры и ремизилась. » тогда карты как будто сме€лись.   Ќиколаю ƒмитриевичу ходили одинаково все масти, и ни одна не оставалась надолго, и все карты имели такой вид, как посто€льцы в гостинице, которые приезжают и уезжают, равнодушные к тому месту, где им пришлось провести несколько дней. »ногда несколько вечеров подр€д к нему ходили одни двойки и тройки и имели при этом дерзкий и насмешливый вид. Ќиколай ƒмитриевич был уверен, что он оттого не может сыграть большого шлема, что карты знают о его желании и нарочно не идут к нему, чтобы позлить. » он притвор€лс€, что ему совершенно безразлично, кака€ игра у него будет, и старалс€ подольше не раскрывать прикупа. ќчень редко удавалось ему таким образом обмануть карты; обыкновенно они догадывались, и, когда он раскрывал прикуп, оттуда сме€лись три шестерки и хмуро улыбалс€ пиковый король, которого они затащили дл€ компании.

ћеньше всех проникала в таинственную суть карт ≈впракси€ ¬асильевна; старичок яков »ванович давно выработал строго философский взгл€д и не удивл€лс€ и не огорчалс€, име€ верное оружие против судьбы в своих четырех. ќдин Ќиколай ƒмитриевич никак не мог примиритьс€ с прихотливым правом карт, их насмешливостью и непосто€нством. Ћожась спать, он думал о том, как он сыграет большой шлем в бескозыр€х, и это представл€лось таким простым и возможным: вот приходит один туз, за ним король, потом оп€ть туз. Ќо когда, полный надежды, он садилс€ играть, прокл€тые шестерки оп€ть скалили свои широкие белые зубы. ¬ этом чувствовалось что-то роковое и злобное. » постепенно большой шлем в бескозыр€х стал самым сильным желанием и даже мечтой Ќикола€ ƒмитриевича.

ѕроизошли и другие событи€ вне карточной игры. ” ≈впраксии ¬асильевны умер от старости большой белый кот и, с разрешени€ домовладельца, был похоронен в саду под липой. «атем Ќиколай ƒмитриевич исчез однажды на целых две недели, и его партнеры не знали, что думать и что делать, так как винт втроем ломал все установившиес€ привычки и казалс€ скучным. —ами карты точно сознавали это и сочетались в непривычных формах.  огда Ќиколай ƒмитриевич €вилс€, розовые щеки, которые так резко отдел€лись от седых пушистых волос, посерели, и весь он стал меньше и ниже ростом. ќн сообщил, что его старший сын за что-то арестован и отправлен в ѕетербург. ¬се удивились, так как не знали, что у ћасленникова есть сын; может быть, он когда-нибудь и говорил, но все позабыли об этом. ¬скоре после этого он еще один раз не €вилс€, и, как нарочно, в субботу, когда игра продолжалась дольше обыкновенного, и все оп€ть с удивлением узнали, что он давно страдает грудной жабой и что в субботу у него был сильный припадок болезни. Ќо потом все оп€ть установилось, и игра стала даже серьезнее и интереснее, так как Ќиколай ƒмитриевич меньше развлекалс€ посторонними разговорами. “олько шуршали крахмальные юбки горничной да неслышно скользили из рук игроков атласные карты и жили своей таинственной и молчаливой жизнью, особой от жизни игравших в них людей.   Ќиколаю ƒмитриевичу они были по-прежнему равнодушны и иногда зло-насмешливы, и в этом чувствовалось что-то роковое, фатальное.

Ќо в четверг, 26 но€бр€, в картах произошла странна€ перемена.  ак только началась игра, к Ќиколаю ƒмитриевичу пришла больша€ коронка, и он сыграл, и даже не п€ть, как назначил, а маленький шлем, так как у якова »вановича оказалс€ лишний туз, которого он не хотел показать. ѕотом оп€ть на некоторое врем€ по€вились шестерки, но скоро исчезли, и стали приходить полные масти, и приходили они с соблюдением строгой очереди, точно всем им хотелось посмотреть, как будет радоватьс€ Ќиколай ƒмитриевич. ќн назначал игру за игрой, и все удивл€лись, даже спокойный яков »ванович. ¬олнение Ќикола€ ƒмитриевича, у которого пухлые пальцы с €мочками на сгибах потели и рон€ли карты, передалось и другим игрокам.

Ц Ќу и везет вам сегодн€, Ц мрачно сказал брат ≈впраксии ¬асильевны, сильнее всего бо€вшийс€ слишком большого счасть€, за которым идет такое же большое горе. ≈впраксии ¬асильевне было при€тно, что наконец-то к Ќиколаю ƒмитриевичу пришли хорошие карты, и она на слова брата три раза сплюнула в сторону, чтобы предупредить несчастье.

Ц “ьфу, тьфу, тьфу! Ќичего особенного нет. »дут карты и идут, и дай Ѕог, чтобы побольше шли.

 арты на минуту словно задумались в нерешимости, мелькнуло несколько двоек со смущенным видом Ц и снова с усиленной быстротой стали €вл€тьс€ тузы, короли и дамы. Ќиколай ƒмитриевич не поспевал собирать карты и назначать игру и два раза уже засдалс€, так что пришлось пересдать. » все игры удавались, хот€ яков »ванович упорно умалчивал о своих тузах: удивление его сменилось недоверием ко внезапной перемене счасть€, и он еще раз повторил неизменное решение Ц не играть больше четырех. Ќиколай ƒмитриевич сердилс€ на него, краснел и задыхалс€. ќн уже не обдумывал своих ходов и смело назначал высокую игру, уверенный, что в прикупе он найдет, что нужно.

 огда после сдачи карт мрачным ѕрокопием ¬асильевичем ћасленников раскрыл свои карты, сердце его заколотилось и сразу упало, а в глазах стало так темно, что он покачнулс€ Ц у него было на руках двенадцать вз€ток: трефы и черви от туза до дес€тки и бубновый туз с королем. ≈сли он купит пикового туза, у него будет большой бескозырный шлем.

Ц ƒва без козыр€, Ц начал он, с трудом справл€€сь с голосом.

Ц “ри пики, Ц ответила ≈впракси€ ¬асильевна, котора€ была также сильно взволнована: у нее находились почти все пики, начина€ от корол€.

Ц „етыре черви, Ц сухо отозвалс€ яков »ванович. Ќиколай ƒмитриевич сразу повысил игру на малый шлем, но разгор€ченна€ ≈впракси€ ¬асильевна не хотела уступать и, хот€ видела, что не сыграет, назначила большой в пиках. Ќиколай ƒмитриевич задумалс€ на секунду и с некоторой торжественностью, за которой скрывалс€ страх, медленно произнес:

Ц Ѕольшой шлем в бескозыр€х!

Ќиколай ƒмитриевич играет большой шлем в бескозыр€х! ¬се были поражены, и брат хоз€йки даже кр€кнул:

Ц ќго!

Ќиколай ƒмитриевич прот€нул руку за прикупом, но покачнулс€ и повалил свечку. ≈впракси€ ¬асильевна подхватила ее, а Ќиколай ƒмитриевич секунду сидел неподвижно и пр€мо, положив карты на стол, а потом взмахнул руками и медленно стал валитьс€ на левую сторону. ѕада€, он свалил столик, на котором сто€ло блюдечко с налитым чаем, и придавил своим телом его хрустнувшую ножку.

 огда приехал доктор, он нашел, что Ќиколай ƒмитриевич умер от паралича сердца, и в утешение живым сказал несколько слов о безболезненности такой смерти. ѕокойника положили на турецкий диван в той же комнате, где играли, и он, покрытый простыней, казалс€ громадным и страшным. ќдна нога, обращенна€ носком внутрь, осталась непокрытой и казалась чужой, вз€той от другого человека; на подошве сапога, черной и совершенно новой на выемке, прилипла бумажка от т€нучки.  арточный стол еще не был убран, и на нем вал€лись беспор€дочно разбросанные, рубашкой вниз, карты партнеров и в пор€дке лежали карты Ќикола€ ƒмитриевича, тоненькой колодкой, как он их положил.

яков »ванович мелкими и неуверенными шагами ходил по комнате, стара€сь не гл€деть на покойника и не сходить с ковра на натертый паркет, где высокие каблуки его издавали дробный и резкий стук. ѕройд€ несколько раз мимо стола, он остановилс€ и осторожно вз€л карты Ќикола€ ƒмитриевича, рассмотрел их и, сложив такой же кучкой, тихо положил на место. ѕотом он посмотрел прикуп: там был пиковый туз, тот самый, которого не хватало Ќиколаю ƒмитриевичу дл€ большого шлема. ѕройд€сь еще несколько раз, яков »ванович вышел в соседнюю комнату, плотнее застегнул наваченный сюртук и заплакал, потому что ему было жаль покойного. «акрыв глаза, он старалс€ представить себе лицо Ќикола€ ƒмитриевича, каким оно было при его жизни, когда он выигрывал и сме€лс€. ќсобенно жаль было вспомнить легкомыслие Ќикола€ ƒмитриевича и то, как ему хотелось выиграть большой бескозырный шлем. ѕроходил в пам€ти весь сегодн€шний вечер, начина€ с п€ти бубен, которые сыграл покойный, и конча€ этим беспрерывным наплывом хороших карт, в котором чувствовалось что-то страшное. » вот Ќиколай ƒмитриевич умер Ц умер, когда мог наконец сыграть большой шлем.

Ќо одно соображение, ужасное в своей простоте, потр€сло худенькое тело якова »вановича и заставило его вскочить с кресла. ќгл€дыва€сь по сторонам, как будто мысль не сама пришла к нему, а кто-то шепнул ее на ухо, яков »ванович громко сказал:

Ц Ќо ведь никогда он не узнает, что в прикупе был туз и что на руках у него был верный большой шлем. Ќикогда!

» якову »вановичу показалось, что он до сих пор не понимал, что такое смерть. Ќо теперь он пон€л, и то, что он €сно увидел, было до такой степени бессмысленно, ужасно и непоправимо. Ќикогда не узнает! ≈сли яков »ванович станет кричать об этом над самым его ухом, будет плакать и показывать карты, Ќиколай ƒмитриевич не услышит и никогда не узнает, потому что нет на свете никакого Ќикола€ ƒмитриевича. ≈ще одно бы только движение, одна секунда чего-то, что есть жизнь, Ц и Ќиколай ƒмитриевич увидел бы туза и узнал, что у него есть большой шлем, а теперь все кончилось и он не знает и никогда не узнает.

Ц Ќи-ко-гда, Ц медленно, по слогам, произнес яков »ванович, чтобы убедитьс€, что такое слово существует и имеет смысл.

“акое слово существовало и имело смысл, но он был до того чудовищен и горек, что яков »ванович снова упал в кресло и беспомощно заплакал от жалости к тому, кто никогда не узнает, и от жалости к себе, ко всем, так как то же страшно и бессмысленно жестокое будет и с ним и со всеми. ќн плакал Ц и играл за Ќикола€ ƒмитриевича его картами, и брал вз€тки одна за другой, пока не собралось их тринадцать, и думал, как много пришлось бы записать, и что никогда Ќиколай ƒмитриевич этого не узнает. Ёто был первый и последний раз, когда яков »ванович отступил от своих четырех и сыграл во им€ дружбы большой бескозырный шлем.

Ц ¬ы здесь, яков »ванович? Ц сказала вошедша€ ≈впракси€ ¬асильевна, опустилась на р€дом сто€щий стул и заплакала. Ц  ак ужасно, как ужасно!

ќба они не смотрели друг на друга и молча плакали, чувству€, что в соседней комнате, на диване, лежит мертвец, холодный, т€желый и немой.

Ц ¬ы послали сказать? Ц спросил яков »ванович, громко и истово сморка€сь.

Ц ƒа, брат поехал с јннушкой. Ќо как они разыщут его квартиру Ц ведь мы адреса не знаем.

Ц ј разве он не на той же квартире, что в прошлом году? Ц рассе€нно спросил яков »ванович.

Ц Ќет, переменил. јннушка говорит, что он нанимал извозчика куда-то на Ќовинский бульвар.

Ц Ќайдут через полицию, Ц успокоил старичок. Ц ” него ведь, кажетс€, есть жена?

≈впракси€ ¬асильевна задумчиво смотрела на якова »вановича и не отвечала. ≈му показалось, что в ее глазах видна та же мысль, что пришла и ему в голову. ќн еще раз высморкалс€, спр€тал платок в карман наваченного сюртука и сказал, вопросительно поднима€ брови над покрасневшими глазами:

Ц ј где же мы возьмем теперь четвертого?

Ќо ≈впракси€ ¬асильевна не слыхала его, зан€та€ соображени€ми хоз€йственного характера. ѕомолчав, она спросила:

Ц ј вы, яков »ванович, все на той же квартире?