амарг

ќна вошла на маленькой станции между ћарселем и јрлем, прошла по вагону, извива€сь всем своим цыганско-испанским телом, села у окна на одноместную скамью и, будто никого не вид€, стала шелушить и грызть жареные фисташки, от времени до времени поднима€ подол верхней черной юбки и запуска€ руку в карман нижней, заношенной белой. ¬агон, полный простым народом, состо€л не из купе, разделен был только скамь€ми, и многие, сидевшие лицом к ней, то и дело пристально смотрели на нее.

√убы ее, двигавшиес€ над белыми зубами, были сизы, синеватый пушок на верхней губе сгущалс€ над углами рта. “онкое, смугло-темное лицо, озар€емое блеском зубов, было древне-дико. √лаза, долгие, золотисто-карие, полуприкрытые смугло-коричневыми веками, гл€дели как-то внутрь себ€ Ц с тусклой первобытной истомой. »з-под жесткого шелка смольных волос, разделенных на пр€мой пробор и вьющимис€ локонами падавших на низкий лоб, поблескивали вдоль круглой шейки длинные серебр€ные серьги. ¬ыцветший голубой платок, лежавший на покатых плечах, был красиво зав€зан на груди. –уки, сухие, индусские, с мумийными пальцами и более светлыми ногт€ми, все шелушили и шелушили фисташки с обезь€ньей быстротой и ловкостью.  ончив их и стр€хнув шелуху с кален, она прикрыла глаза, положила нога на ногу и откинулась к спинке скамьи. ѕод сборчатой черной юбкой, особенно женственно выдел€вшей перехват ее гибкой талии, кострецы выступали твердыми бугорками плавных очертаний. ’уда€, гола€, блестевша€ тонкой загорелой кожей ступн€ была обута в черный тр€пичный чув€к и переплетена разноцветными лентами, Ц синими и красными...

ѕод јрлем она вышла.

Ц C'est une camarguiaise, Ц почему-то очень грустно сказал, проводив ее глазами, мой сосед, измученный ее красотой, мощный, как бык, провансалец, с черным в кров€ных жилках рум€нцем.

23 ма€ 1944