пњљпњљпњљпњљпњљпњљпњљ@Mail.ru

»зумруд

ѕосв€щаю пам€ти несравненного пегого рысака ’олстомера

I

„етырехлетний жеребец »зумруд†Ц росла€ бегова€ лошадь американского склада, серой, ровной, серебристо-стальной масти†Ц проснулс€, по обыкновению, около полуночи в своем деннике. –€дом с ним, слева и справа и напротив через коридор, лошади мерно и часто, все точно в один такт, жевали сено, вкусно хруст€ зубами и изредка отфыркива€сь от пыли. ¬ углу на ворохе соломы храпел дежурный конюх. »зумруд по чередованию дней и по особым звукам храпа знал, что это†Ц ¬асилий, молодой малый, которого лошади не любили за то, что он курил в конюшне вонючий табак, часто заходил в денники пь€ный, толкал коленом в живот, замахивалс€ кулаком над глазами, грубо дергал за недоуздок и всегда кричал на лошадей ненатуральным, сиплым, угрожающим басом.

»зумруд подошел к дверной решетке. Ќапротив него, дверь в дверь, сто€ла в своем деннике молода€ ворона€, еще не сложивша€с€ кобылка ўеголиха. »зумруд не видел в темноте ее тела, но каждый раз, когда она, отрыва€сь от сена, поворачивала назад голову, ее большой глаз светилс€ на несколько секунд красивым фиолетовым огоньком. –асширив нежные ноздри, »зумруд долго пот€нул в себ€ воздух, услышал чуть заметный, но крепкий, волнующий запах ее кожи и коротко заржал. Ѕыстро обернувшись назад, кобыла ответила тоненьким, дрожащим, ласковым и игривым ржанием.

“отчас же р€дом с собою направо »зумруд услышал ревнивое, сердитое дыхание. “ут помещалс€ ќнегин, старый, норовистый бурый жеребец, изредка еще бегавший на призы в городских одиночках. ќбе лошади были разделены легкой дощатой переборкой и не могли видеть друг друга, но, приложившись храпом к правому краю решетки, »зумруд €сно учу€л теплый запах пережеванного сена, шедший из часто дышащих ноздрей ќнегинаЕ “ак жеребцы некоторое врем€ обнюхивали друг друга в темноте, плотно приложив уши к голове, выгнув шеи и все больше и больше серд€сь. » вдруг оба разом злобно взвизгнули, закричали и забили копытами.

Ц†Ѕал-луй, черт!†Ц сонно, с привычной угрозой, крикнул конюх.

Ћошади отпр€нули от решетки и насторожились. ќни давно уже не терпели друг друга, но теперь, как три дн€ тому назад в ту же конюшню поставили грациозную вороную кобылу,†Ц чего обыкновенно не делаетс€ и что произошло лишь от недостатка мест при беговой спешке,†Ц то у них не проходило дн€ без нескольких крупных ссор. » здесь, и на кругу, и на водопое они вызывали друг друга на драку. Ќо »зумруд чувствовал в душе некоторую бо€знь перед этим длинным самоуверенным жеребцом, перед его острым запахом злой лошади, крутым верблюжьим кадыком, мрачными запавшими глазами и особенно перед его крепким, точно каменным, кост€ком, закаленным годами, усиленным бегом и прежними драками.

ƒела€ вид перед самим собою, что он вовсе не боитс€ и что сейчас ничего не произошло, »зумруд повернулс€, опустил голову в €сли и прин€лс€ ворошить сено м€гкими, подвижными, упругими губами. —начала он только прикусывал капризно отдельные травки, но скоро вкус жвачки во рту увлек его, и он по-насто€щему вник в корм. » в то же врем€ в его голове текли медленные равнодушные мысли, сцепл€€сь воспоминани€ми образов, запахов и звуков и пропада€ навеки в той черной бездне, котора€ была впереди и позади теперешнего мига.

Ђ—еної,†Ц думал он и вспомнил старшего конюха Ќазара, который с вечера задавал сено.

Ќазар†Ц хороший старик; от него всегда так уютно пахнет черным хлебом и чуть-чуть вином; движени€ у него неторопливые и м€гкие, овес и сено в его дни кажутс€ вкуснее, и при€тно слушать, когда он, убира€ лошадь, разговаривает с ней вполголоса с ласковой укоризной и все кр€хтит. Ќо нет в нем чего-то главного, лошадиного, и во врем€ прикидки чувствуетс€ через вожжи, что его руки неуверенны и неточны.

¬ ¬аське тоже этого нет, и хот€ он кричит и деретс€, но все лошади знают, что он трус, и не бо€тс€ его. » ездить он не умеет†Ц дергает, суетитс€. “ретий конюх, что с кривым глазом, лучше их обоих, но он не любит лошадей, жесток и нетерпелив, и руки у него не гибки, точно дерев€нные. ј четвертый†Ц јндри€шка, еще совсем мальчик; он играет с лошадьми, как жеребенок-сосунок, и украдкой целует в верхнюю губу и между ноздр€ми,†Ц это не особенно при€тно и смешно.

¬от тот, высокий, худой, сгорбленный, у которого бритое лицо и золотые очки,†Ц о, это совсем другое дело. ќн весь точно кака€-то необыкновенна€ лошадь†Ц мудра€, сильна€ и бесстрашна€. ќн никогда не сердитс€, никогда не ударит хлыстом, даже не погрозит, а между тем когда он сидит в американке, то как радостно, гордо и при€тно-страшно повиноватьс€ каждому намеку его сильных, умных, все понимающих пальцев. “олько он один умеет доводить »зумруда до того счастливого гармонического состо€ни€, когда все силы тела напр€гаютс€ в быстроте бега, и это так весело и так легко.

» тотчас же »зумруд увидел воображением короткую дорогу на ипподром и почти каждый дом и каждую тумбу на ней, увидел песок ипподрома, трибуну, бегущих лошадей, зелень травы и желтизну ленточки. ¬спомнилс€ вдруг караковый трехлеток, который на дн€х вывихнул ногу на проминке и захромал. », дума€ о нем, »зумруд сам попробовал мысленно похромать немножко.

ќдин клок сена, попавший »зумруду в рот, отличалс€ особенным, необыкновенно нежным вкусом. ∆еребец долго пережевывал его, и когда проглотил, то некоторое врем€ еще слышал у себ€ во рту тонкий душистый запах каких-то ув€дших цветов и пахучей сухой травки. —мутное, совершенно неопределенное, далекое воспоминание скользнуло в уме лошади. Ёто было похоже на то, что бывает иногда у кур€щих людей, которым случайна€ зат€жка папиросой на улице вдруг воскресит на неудержимое мгновение полутемный коридор с старинными обо€ми и одинокую свечу на буфете, или дальнюю ночную дорогу, мерный звон бубенчиков и томную дремоту, или синий лес невдалеке, снег, слеп€щий глаза, шум идущей облавы, страстное нетерпение, заставл€ющее дрожать колени,†Ц и вот на миг пробегут по душе, ласково, печально и не€сно тронув ее, тогдашние, забытые, волнующие и теперь неуловимые чувства.

ћежду тем черное оконце над €сл€ми, до сих пор невидимое, стало сереть и слабо выдел€тьс€ в темноте. Ћошади жевали ленивее и одна за другою вздыхали т€жело и м€гко. Ќа дворе закричал петух знакомым криком, звонким, бодрым и резким, как труба. » еще долго и далеко кругом разливалось в разных местах, не прекраща€сь, очередное пение других петухов.

ќпустив голову в кормушку, »зумруд все старалс€ удержать во рту и вновь вызвать и усилить странный вкус, будивший в нем этот тонкий, почти физический отзвук непон€тного воспоминани€. Ќо оживить его не удавалось, и, незаметно дл€ себ€, »зумруд задремал.

II

Ќоги и тело у него были безупречные, совершенных форм, поэтому он всегда спал сто€, чуть покачива€сь вперед и назад. »ногда он вздрагивал, и тогда крепкий сон смен€лс€ у него на несколько секунд легкой чуткой дремотой, но недолгие минуты сна были так глубоки, что в течение их отдыхали и освежались все мускулы, нервы и кожа.

ѕеред самым рассветом он увидел во сне раннее весеннее утро, красную зарю над землей и низкий ароматный луг. “рава была так густа и сочна, так €рко, сказочно-прелестно зелена и так нежно розовела от зари, как это вид€т люди и звери только в раннем детстве, и всюду на ней сверкала дрожащими огн€ми роса. ¬ легком редком воздухе всевозможные запахи донос€тс€ удивительно четко. —лышен сквозь прохладу утра запах дымка, который сине и прозрачно вьетс€ над трубой и деревне, все цветы на лугу пахнут по-разному, на колеистой влажной дороге за изгородью смешалось множество запахов: пахнет и людьми, и дегтем, и лошадиным навозом, и пылью, и парным коровьим молоком от проход€щего стада, и душистой смолой от еловых жердей забора.

»зумруд, семимес€чный стригунок, носитс€ бесцельно по полю, нагнув вниз голову и взбрыкива€ задними ногами. ¬есь он точно из воздуха и совсем не чувствует веса своего тела. Ѕелые пахучие цветы ромашки бегут под его ногами назад, назад. ќн мчитс€ пр€мо на солнце. ћокра€ трава хлещет по бабкам, по коленкам и холодит и темнит их. √олубое небо, зелена€ трава, золотое солнце, чудесный воздух, пь€ный восторг молодости, силы и быстрого бега!

Ќо вот он слышит короткое, беспокойное, ласковое и призывающее ржание, которое так ему знакомо, что он всегда узнает его издали, среди тыс€ч других голосов. ќн останавливаетс€ на всем скаку, прислушиваетс€ одну секунду, высоко подн€в голову, двига€ тонкими ушами и отставив метелкой пушистый короткий хвост, потом отвечает длинным заливчатым криком, от которого сотр€саетс€ все его стройное, худощавое, длинноногое тело, и мчитс€ к матери.

ќна†Ц костл€ва€, стара€, спокойна€ кобыла†Ц поднимает мокрую морду из травы, быстро и внимательно обнюхивает жеребенка и тотчас же оп€ть принимаетс€ есть, точно торопитс€ делать неотложное дело. —клонив гибкую шею под ее живот и изогнув кверху морду, жеребенок привычно тычет губами между задних ног, находит теплый упругий сосок, весь переполненный сладким, чуть кисловатым молоком, которое брызжет ему в рот тонкими гор€чими струйками, и все пьет и не может оторватьс€. ћатка сама убирает от него зад и делает вид, что хочет укусить жеребенка за пах.

¬ конюшне стало совсем светло. Ѕородатый, старый, вонючий козел, живший между лошадей, подошел к двер€м, заложенным изнутри брусом, и забле€л, озира€сь назад, на конюха. ¬аська, босой, чеша лохматую голову, пошел отвор€ть ему. —то€ло холодноватое, синее крепкое осеннее утро. ѕравильный четырехугольник отворенной двери тотчас же застлалс€ теплым паром, повалившим из конюшни. јромат ине€ и опавшей листвы тонко пот€нул по стойлам.

Ћошади хорошо знали, что сейчас будут засыпать овес, и от нетерпени€ негромко покр€хтывали у решеток. ∆адный и капризный ќнегин бил копытом о дерев€нную настилку и, закусыва€, по дурной привычке, верхними зубами за окованный железом изжеванный борт кормушки, т€нулс€ шеей, глотал воздух и рыгал. »зумруд чесал морду о решетку.

ѕришли остальные конюхи†Ц их всех было четверо†Ц и стали в железных мерках разносить по денникам овес. ѕока Ќазар сыпал т€желый шелест€щий овес в €сли »зумруда, жеребец суетливо совалс€ к корму, то через плечо старика, то из-под его рук, трепеща теплыми ноздр€ми.  онюх, которому нравилось это нетерпение кроткой лошади, нарочно не торопилс€, загораживал €сли локт€ми и ворчал с добродушною грубостью:

Ц†»шь ты, зверь жадна€Е Ќо-о, успеишьЕ ј, чтоб теб€Е ѕотычь мне еще мордой-то. ¬от € теб€ ужотко потычу.

»з оконца над €сл€ми т€нулс€ косо вниз четырехугольный веселый солнечный столб, и в нем клубились миллионы золотых пылинок, разделенных длинными тен€ми от оконного переплета.

III

»зумруд только что доел овес, когда за ним пришли, чтобы вывести его на двор. —тало теплее, и земл€ слегка разм€кла, но стены конюшни были еще белы от ине€. ќт навозных куч, только что выгребенных из конюшни, шел густой пар, и воробьи, копошившиес€ в навозе, возбужденно кричали, точно ссор€сь между собой. Ќагнув шею в двер€х и осторожно переступив через порог, »зумруд с радостью долго пот€нул в себ€ пр€ный воздух, потом затр€сс€ шеей и всем телом и звучно зафыркал. ЂЅудь здоров!ї†Ц серьезно сказал Ќазар. »зумруду не сто€лось. ’отелось сильных движений, щекочущего ощущени€ воздуха, быстро бегущего в глаза и ноздри, гор€чих толчков сердца, глубокого дыхани€. ѕрив€занный к конов€зи, он ржал, пл€сал задними ногами и, изгиба€ набок шею, косил назад, на вороную кобылу, черным большим выкатившимс€ глазом с красными жилками на белке.

«адыха€сь от усили€, Ќазар подн€л вверх выше головы ведро с водой и вылил ее на спину жеребца от холки до хвоста. Ёто было знакомое »зумруду бодрое, при€тное и жуткое своей всегдашней неожиданностью ощущение. Ќазар принес еще воды и оплескал ему бока, грудь, ноги и под репицей. » каждый раз он плотно проводил мозолистой ладонью вдоль его шерсти, отжима€ воду. ќгл€дыва€сь назад, »зумруд видел свой высокий, немного вислозадый круп, вдруг потемневший и заблестевший гл€нцем на солнце.

Ѕыл день бегов. »зумруд знал это по особенной нервной спешке, с которой конюхи хлопотали около лошадей; некоторым, которые по короткости туловища имели обыкновение засекатьс€ подковами, надевали кожаные ногавки на бабки, другим забинтовывали ноги полотн€ными по€сами от путового сустава до колена или подв€зывали под грудь за передними ногами широкие подмышники, отороченные мехом. »з сара€ выкатывали легкие двухколесные с высокими сидень€ми американки; их металлические спицы весело сверкали на ходу, а красные ободь€ и красные широкие выгнутые оглобли блестели новым лаком.

»зумруд был уже окончательно высушен, вычищен щетками и вытерт шерст€ной рукавицей, когда пришел главный наездник конюшни, англичанин. Ётого высокого, худого, немного сутуловатого, длиннорукого человека одинаково уважали и бо€лись и лошади и люди. ” него было бритое загорелое лицо и твердые, тонкие, изогнутые губы насмешливого рисунка. ќн носил золотые очки; сквозь них его голубые, светлые глаза гл€дели твердо и упорно-спокойно. ќн следил за уборкой, расставив длинные ноги в высоких сапогах, заложив руки глубоко в карманы панталон и пожевыва€ сигару то одним, то другим углом рта. Ќа нем была сера€ куртка с меховым воротником, черный картуз с узкими пол€ми и пр€мым длинным четырехугольным козырьком. »ногда он делал короткие замечани€ отрывистым, небрежным тоном, и тотчас же все конюхи и рабочие поворачивали к нему головы и лошади настораживали уши в его сторону.

ќн особенно следил за запр€жкой »зумруда, огл€дыва€ все тело лошади от челки до копыт, и »зумруд, чувству€ на себе этот точный, внимательный взгл€д, гордо подымал голову, слегка полуоборачивал гибкую шею и ставил торчком тонкие, просвечивающие уши. Ќаездник сам испытал крепость подпруги, просовыва€ палец между ней и животом. «атем на лошадей надели серые полотн€ные попоны с красными каймами, красными кругами около глаз и красными вензел€ми внизу у задних ног. ƒва конюха, Ќазар и кривоглазый, вз€ли »зумруда с обеих сторон под уздцы и повели на ипподром по хорошо знакомой мостовой, между двум€ р€дами редких больших каменных зданий. ƒо бегового круга не было и четверти версты.

¬о дворе ипподрома было уже много лошадей, их проваживали по кругу, всех в одном направлении†Ц в том же, в котором они ход€т по беговому кругу, то есть обратном движению часовой стрелки. ¬нутри двора водили поддужных лошадей, небольших, крепконогих, с подстриженными короткими хвостами. »зумруд тотчас же узнал белого жеребчика, всегда скакавшего с ним р€дом, и обе лошади тихо и ласково поржали в знак приветстви€.

IV

Ќа ипподроме зазвонили.  онюхи сн€ли с »зумруда попону. јнгличанин, щур€ под очками глаза от солнца и оскалива€ длинные желтые лошадиные зубы, подошел, застегива€ на ходу перчатки, с хлыстом под мышкой. ќдин из конюхов подобрал »зумруду пышный, до самых бабок, хвост и бережно уложил его на сиденье американки, так что его светлый конец свесилс€ назад. √ибкие оглобли упруго качнулись от т€жести тела. »зумруд покосилс€ назад и увидел наездника, сид€щего почти вплотную за его крупом, с ногами, выт€нутыми вперед и растопыренными по оглобл€м. Ќаездник, не тороп€сь, вз€л вожжи, односложно крикнул конюхам, и они разом отн€ли руки. –аду€сь предсто€щему бегу, »зумруд рванулс€ было вперед, но, сдержанный сильными руками, подн€лс€ лишь немного на задних ногах, встр€хнул шеей и широкой, редкой рысью выбежал из ворот на ипподром.

¬доль дерев€нного забора, образу€ верстовой эллипс, шла широка€ бегова€ дорожка из желтого песка, который был немного влажен и плотен и потому при€тно пружинилс€ под ногами, возвраща€ им их давление. ќстрые следы копыт и ровные, пр€мые полосы, оставл€емые гуттаперчей шин, бороздили ленточку.

ћимо прот€нулась трибуна, высокое дерев€нное здание в двести лошадиных корпусов длиною, где горой от земли до самой крыши, поддержанной тонкими столбами, двигалась и гудела черна€ человеческа€ толпа. ѕо легкому, чуть слышному шевелению вожжей »зумруд пон€л, что ему можно прибавить ходу, и благодарно фыркнул.

ќн шел ровной машистой рысью, почти не колебл€сь спиной, с выт€нутой вперед и слегка привороченной к левой оглобле шеей, с пр€мо подн€той мордой. Ѕлагодар€ редкому, хот€ необыкновенно длинному шагу его бег издали не производил впечатлени€ быстроты; казалось, что рысак мер€ет, не тороп€сь, дорогу пр€мыми, как циркуль, передними ногами, чуть притрогива€сь концами копыт к земле. Ёто была насто€ща€ американска€ выездка, в которой все сводитс€ к тому, чтобы облегчить лошади дыхание и уменьшить сопротивление воздуха до последней степени, где устранены все ненужные дл€ бега движени€, непроизводительно расходующие силу, и где внешн€€ красота форм приноситс€ в жертву легкости, сухости, долгому дыханию и энергии бега, превраща€ лошадь в живую безукоризненную машину.

“еперь, в антракте между двум€ бегами, шла проминка лошадей, котора€ всегда делаетс€ дл€ того, чтобы открыть рысакам дыхание. »х много бежало во внешнем кругу по одному направлению с »зумрудом, а во внутреннем†Ц навстречу. —ерый, в темных €блоках, рослый беломордый рысак, чистой орловской породы, с крутой собранной шеей а с хвостом трубой, похожий на €рмарочного кон€, перегнал »зумруда. ќн тр€сс€ на ходу жирной, широкой, уже потемневшей от пота грудью и сырыми пахами, откидывал передние ноги от колен вбок, и при каждом шаге у него звучно Єкала селезенка.

ѕотом подошла сзади стройна€, длиннотела€ гнеда€ кобыла-метиска с жидкой темной гривой. ќна была прекрасно выработана по той же американской системе, как и »зумруд.  оротка€ холена€ шерсть так и блестела на ней, перелива€сь от движени€ мускулов под кожей. ѕока наездники о чем-то говорили, обе лошади шли некоторое врем€ р€дом. »зумруд обнюхал кобылу и хотел было заиграть на ходу, но англичанин не позволил, и он подчинилс€.

Ќавстречу им пронесс€ полной рысью огромный вороной жеребец, весь обмотанный бинтами, наколенниками и подмышниками. Ћева€ оглобл€ выступала у него пр€мо вперед на пол-аршина длиннее правой, а через кольцо, укрепленное над головой, проходил ремень стального оберчека, жестоко охватившего сверху и с обеих сторон нервный храп лошади. »зумруд и кобыла одновременно погл€дели на него, и оба мгновенно оценили в нем рысака необыкновенной силы, быстроты и выносливости, но страшно упр€мого, злого, самолюбивого и обидчивого. —ледом за вороным пробежал до смешного маленький, светло-серый нар€дный жеребчик. —о стороны можно было подумать, что он мчитс€ с неверо€тной скоростью: так часто топотал он ногами, так высоко вскидывал их в колен€х и такое усердное, деловитое выражение было в его подобранной шее с красивой маленькой головой. »зумруд только презрительно скосил на него свой глаз и повел; одним ухом в его сторону.

ƒругой наездник окончил разговор, громко и коротко засме€лс€, точно проржал, и пустил кобылу свободной рысью. ќна без вс€кого усили€, спокойно, точно быстрота ее бега совсем от нее не зависела, отделилась от »зумруда и побежала вперед, плавно нес€ ровную, блест€щую спину с едва заметным темным ремешком вдоль хребта.

Ќо тотчас же и »зумруда и ее обогнал и быстро кинул назад несшийс€ галопом огненно-рыжий рысак с большим белым п€тном на храпе. ќн скакал частыми длинными прыжками, то раст€гива€сь и пригиба€сь к земле, то почти соедин€€ на воздухе передние ноги с задними. ≈го наездник, откинувшись назад всем телом, не сидел, а лежал на сиденье, повиснув на нат€нутых вожжах. »зумруд заволновалс€ и гор€чо метнулс€ в сторону, но англичанин незаметно сдержал вожжи, и его руки, такие гибкие и чуткие к каждому движению лошади, вдруг стали точно железными. ќколо трибуны рыжий жеребец, успевший проскакать еще один круг, оп€ть обогнал »зумруда. ќн до сих пор скакал, но теперь уже был в пене, с кровавыми глазами и дышал хрипло. Ќаездник, перегнувшись вперед, стегал его изо всех сил хлыстом вдоль спины. Ќаконец конюхам удалось близ ворот пересечь ему дорогу и схватить за вожжи и за узду у морды. ≈го свели с ипподрома, мокрого, задыхающегос€, дрожащего, похудевшего в одну минуту.

»зумруд сделал еще полкруга полной рысью, потом свернул на дорожку, пересекавшую поперек беговой плац, и через ворота въехал во двор.

V

Ќа ипподроме несколько раз звонили. ћимо отворенных ворот изредка проносились молнией бегущие рысаки, люди на трибунах вдруг принимались кричать и хлопать в ладоши. »зумруд в линии других рысаков часто шагал р€дом с Ќазаром, мота€ опущенною головой и пошевелива€ ушами в полотн€ных футл€рах. ќт проминки кровь весело и гор€чо струилась в его жилах, дыхание становилось все глубже и свободнее, по мере того как отдыхало и охлаждалось его тело,†Ц во всех мускулах чувствовалось нетерпеливое желание бежать еще.

ѕрошло с полчаса. Ќа ипподроме оп€ть зазвонили. “еперь наездник сел на американку без перчаток. ” него были белые, широкие, волшебные руки, внушавшие »зумруду прив€занность и страх.

јнгличанин неторопливо выехал на ипподром, откуда одна за другой съезжали во двор лошади, окончившие проминку. Ќа кругу остались только »зумруд и тот огромный вороной жеребец, который повстречалс€ с ним на проездке. “рибуны сплошь от низу до верху чернели густей человеческой толпой, и в этой черной массе бесчисленно, весело и беспор€дочно светлели лица и руки, пестрели зонтики и шл€пки и воздушно колебались белые листики программ. ѕостепенно увеличива€ ход и пробега€ вдоль трибуны, »зумруд чувствовал, как тыс€ча глаз неотступно провожала его, и он €сно понимал, что эти глаза ждут от него быстрых движений, полного напр€жени€ сил, могучего биени€ сердца,†Ц и это понимание сообщало его мускулам счастливую легкость и кокетливую сжатость. Ѕелый знакомый жеребец, на котором сидел верхом мальчик, скакал укороченным галопом р€дом, справа.

–овной, размеренной рысью, чуть-чуть наклон€€сь телом влево, »зумруд описал крутой заворот и стал подходить к столбу с красным кругом. Ќа ипподроме коротко ударили в колокол. јнгличанин едва заметно поправилс€ на сиденье, и руки его вдруг окрепли. Ђ“еперь иди, но береги силы. ≈ще раної,†Ц пон€л »зумруд и в знак того, что пон€л, обернул на секунду назад и оп€ть поставил пр€мо свои тонкие, чуткие уши. Ѕелый жеребец ровно скакал сбоку, немного позади. »зумруд слышал у себ€ около холки его свежее равномерное дыхание.

 расный столб осталс€ позади, еще один крутой поворот, дорожка выпр€мл€етс€, втора€ трибуна, приближа€сь, чернеет и пестреет издали гуд€щей толпой и быстро растет с каждым шагом. Ђ≈ще!†Ц позвол€ет наездник,†Ц еще, еще!ї »зумруд немного гор€читс€ и хочет сразу напр€чь все свои силы в беге. Ђћожно ли?ї†Ц думает он. ЂЌет, еще рано, не волнуйс€,†Ц отвечают, успокаива€, волшебные руки.†Ц ѕотомї.

ќба жеребца проход€т призовые столбы секунда в секунду, но с противоположных сторон диаметра, соедин€ющего обе трибуны. Ћегкое сопротивление туго нат€нутой нитки и быстрый разрыв ее на мгновение заставл€ют »зумруда запр€сть ушами, но он тотчас же забывает об этом, весь поглощенный вниманием к чудесным рукам. Ђ≈ще немного! Ќе гор€читьс€! »дти ровно!ї†Ц приказывает наездник. „ерна€ колеблюща€с€ трибуна проплывает мимо. ≈ще несколько дес€тков сажен, и все четверо†Ц »зумруд, белый жеребчик, англичанин и мальчик-поддужный, припавший, сто€ на коротких стременах, к лошадиной гриве,†Ц счастливо слаживаютс€ в одно плотное, быстро несущеес€ тело, одухотворенное одной волей, одной красотой мощных движений, одним ритмом, звучащим, как музыка. “а-та-та-та!†Ц ровно и мерно выбивает ногами »зумруд. “ра-та?, тра-та?!†Ц коротко и резко двоит поддужный. ≈ще один поворот, и бежит навстречу втора€ трибуна. Ђя прибавлю?ї†Ц спрашивает »зумруд. Ђƒа,†Ц отвечают руки,†Ц но спокойної.

¬тора€ трибуна проноситс€ назад мимо глаз. Ћюди кричат что-то. Ёто развлекает »зумруда, он гор€читс€, тер€ет ощущение вожжей и, на секунду выбившись из общего, наладившегос€ такта, делает четыре капризных скачка с правой ноги. Ќо вожжи тотчас же станов€тс€ жесткими и, раздира€ ему рот, скручивают шею вниз и ворочают голову направо. “еперь уже неловко скакать с правой ноги. »зумруд сердитс€ и не хочет переменить ногу, но наездник, поймав этот момент, повелительно и спокойно ставит лошадь на рысь. “рибуна осталась далеко позади, »зумруд оп€ть входит в такт, и руки снова делаютс€ дружественно-м€гкими. »зумруд чувствует свою вину и хочет усилить вдвое рысь. ЂЌет, нет, еще рано,†Ц добродушно замечает наездник.†Ц ћы успеем это поправить. Ќичегої.

“ак они проход€т в отличном согласии без сбоев еще круг и половину. Ќо и вороной сегодн€ в великолепном пор€дке. ¬ то врем€, когда »зумруд разладилс€, он успел бросить его на шесть длин лошадиного тела, но теперь »зумруд набирает потер€нное и у предпоследнего столба оказываетс€ на три с четвертью секунды впереди. Ђ“еперь можно. »ди!ї†Ц приказывает наездник. »зумруд прижимает уши и бросает всего один быстрый взгл€д назад. Ћицо англичанина все горит острым, решительным, прицеливающимс€ выражением, бритые губы сморщились нетерпеливой гримасой и обнажают желтые, большие, крепко стиснутые зубы. Ђƒавай все, что можно!†Ц приказывают вожжи в высоко подн€тых руках.†Ц ≈ще, еще!ї » англичанин вдруг кричит громким вибрирующим голосом, повышающимс€, как звук сирены:

Ц†ќ-э-э-э-эй!

Ц†¬от, вот, вот, вот!..†Ц пронзительно и звонко в такт бегу кричит мальчишка-поддужный.

“еперь чувство темпа достигает самой высшей напр€женности и держитс€ на каком-то тонком волоске, вот-вот готовом порватьс€. “а-та-та-та!†Ц ровно отпечатывают по земле ноги »зумруда. “рра-трра-трра!†Ц слышитс€ впереди галоп белого жеребца, увлекающего за собой »зумруда. ¬ такт бегу колеблютс€ гибкие оглобли, и в такт галопу подымаетс€ и опускаетс€ на седле мальчик, почти лежащий на шее у лошади.

¬оздух, бегущий навстречу, свистит в ушах и щекочет ноздри, из которых пар бьет частыми большими стру€ми. ƒышать труднее, и коже становитс€ жарко. »зумруд обегает последний заворот, наклон€€сь вовнутрь его всем телом. “рибуна вырастает, как жива€, и от нее навстречу летит тыс€чеголосый рев, который пугает, волнует и радует »зумруда. ” него не хватает больше рыси, и он уже хочет скакать, но эти удивительные руки позади и умол€ют, и приказывают, и успокаивают: Ђћилый, не скачи!.. “олько не скачи!.. ¬от так, вот так, вот такї. » »зумруд, пронос€сь стремительно мимо столба, разрывает контрольную нитку, даже не замет€ этого.  рики, смех, аплодисменты водопадом низвергаютс€ с трибуны. Ѕелые листки афиш, зонтики, палки, шл€пы кружатс€ и мелькают между движущимис€ липами и руками. јнгличанин м€гко бросает вожжи. Ђ ончено. —пасибо, милый!ї†Ц говорит »зумруду это движение, и он, с трудом сдержива€ инерцию бега, переходит в шаг. ¬ этот момент вороной жеребец только-только подходит к своему столбу на противоположной стороне, семью секундами позже.

јнгличанин, с трудом подыма€ затекшие ноги, т€жело спрыгивает с американки и, сн€в бархатное сиденье, идет с ним на весы. ѕодбежавшие конюхи покрывают гор€чую спину »зумруда попоной и увод€т на двор. ¬след им несетс€ гул человеческой толпы и длинный звонок из членской беседки. Ћегка€ желтовата€ пена падает с морды лошади на землю и на руки конюхов.

„ерез несколько минут »зумруда, уже распр€женного, привод€т оп€ть к трибуне. ¬ысокий человек в длинном пальто и новой блест€щей шл€пе, которого »зумруд часто видит у себ€ в конюшне, треплет его по шее и сует ему на ладони в рот кусок сахару. јнгличанин стоит тут же, в толпе, и улыбаетс€, морщась и скал€ длинные зубы. — »зумруда снимают попону и устанавливают его перед €щиком на трех ногах, покрытым черной материей, под которую пр€четс€ и что-то там делает господин в сером.

Ќо вот люди свергаютс€ с трибун черной рассыпающейс€ массой. ќни тесно обступают лошадь со всех сторон, и кричат, и машут руками, наклон€€ близко друг к другу красные, разгор€ченные лица с блест€щими глазами. ќни чем-то недовольны, тычут пальцами в ноги, в голову и в бока »зумруду, взъерошивают шерсть на левой стороне крупа, там, где стоит тавро, и оп€ть кричат все разом. Ђѕоддельна€ лошадь, фальшивый рысак, обман, мошенничество, деньги назад!ї†Ц слышит »зумруд и не понимает этих слов и беспокойно шевелит ушами. Ђќ чем они?†Ц думает он с удивлением.†Ц ¬едь € так хорошо бежал!ї » на мгновение ему бросаетс€ в глаза лицо англичанина. ¬сегда такое спокойное, слегка насмешливое и твердое, оно теперь пылает гневом. » вдруг англичанин кричит что-то высоким гортанным голосом, взмахивает быстро рукой, и звук пощечины сухо разрывает общий гомон.

VI

»зумруда отвели домой, через три часа дали ему овса, а вечером, когда его поили у колодца, он видел, как из-за забора подымалась желта€ больша€ луна, внушавша€ ему темный ужас,

ј потом пошли скучные дни.

Ќи на прикидки, ни на проминки, ни на бега его не водили больше. Ќо ежедневно приходили незнакомые люди, много людей, и дл€ них выводили »зумруда на двор, где они рассматривали и ощупывали его на все лады, лазили ему в рот, скребли его шерсть пемзой и все кричали друг на друга.

ѕотом-он помнил, как его однажды поздним вечером вывели из конюшни и долго вели по длинным, каменным, пустынным улицам, мимо домов с освещенными окнами. «атем вокзал, темный тр€сущийс€ вагон, утомление и дрожь в ногах от дальнего переезда, свистки паровозов, грохот рельсов, удушливый запах дыма, скучный свет качающегос€ фонар€. Ќа одной станции его выгрузили из вагона и долго везли незнакомой дорогой, среди просторных, голых осенних полей, мимо деревень, пока не привели в незнакомую конюшню и не заперли отдельно, вдали от других лошадей.

—начала он все вспоминал о бегах, о своем англичанине, о ¬аське, о Ќазаре и об ќнегине и часто видел их во сне, но с течением времени позабыл обо всем. ≈го от кого-то пр€тали, и все его молодое, прекрасное тело томилось, тосковало и опускалось от бездействи€. “о и дело подъезжали новые, незнакомые люди и снова толклись вокруг »зумруда, щупали и теребили его и сердито бранились между собою.

»ногда случайно »зумруд видел сквозь отворенную дверь других лошадей, ходивших и бегавших на воле, иногда он кричал им, негоду€ и жалу€сь. Ќо тотчас же закрывали дверь, и оп€ть скучно и одиноко т€нулось врем€.

√лавным в этой конюшне был большеголовый, заспанный человек с маленькими черными глазками и тоненькими черными усами на жирном лице. ќн казалс€ совсем равнодушным к »зумруду, но тот чувствовал к нему непон€тный ужас.

» вот однажды, ранним утром, когда все конюхи спади, этот человек тихонько, без малейшего шума, на цыпочках вошел к »зумруду, сам засыпал ему овес в €сли и ушел. »зумруд немного удивилс€ этому, но покорно стал есть. ќвес был сладок, слегка горьковат и едок на вкус. Ђ—транно,†Ц подумал »зумруд,†Ц € никогда не пробовал такого овсаї.

» вдруг он почувствовал легкую резь в животе. ќна пришла, потом прекратилась и оп€ть пришла сильнее прежнего и увеличивалась с каждой минутой. Ќаконец боль стала нестерпимой. »зумруд глухо застонал. ќгненные колеса завертелись перед его глазами, от внезапной слабости все его тело стало мокрым и др€блым, ноги задрожали, подогнулись, и жеребец грохнулс€ на пол. ќн еще пробовал подн€тьс€, но мог встать только на одни передние ноги и оп€ть валилс€ на бок. √уд€щий вихрь закружилс€ у него в голове; проплыл англичанин, скал€ по-лошадиному длинные зубы. ќнегин пробежал мимо, вып€т€ свой верблюжий кадык и громко ржа.  ака€-то сила несла »зумруда беспощадно и стремительно глубоко вниз, в темную и холодную €му. ќн уже не мог шевелитьс€.

—удороги вдруг свели его ноги и шею и выгнули спину. ¬с€ кожа на лошади задрожала мелко и быстро и покрылась остро пахнувшей пеной.

∆елтый движущийс€ свет фонар€ на миг резнул ему глаза и потух вместе с угасшим зрением. ”хо его еще уловило грубый человеческий окрик, но он уже не почувствовал, как его толкнули в бок каблуком. ѕотом все исчезло†Ц навсегда.

<1907>